Выступления, публикации

Россия расскажет миру, как повысить рождаемость

На следующей неделе в Москве соберутся более 1000 представителей организаций соцобеспечения, министры, ученые из более чем 100 стран.

Генеральная ассамблея Международной ассоциации социального обеспечения (МАСО) — это самый крупный международный форум в социальной сфере, который проводится раз в три года.

Российскую делегацию, в которую входят руководители ключевых социальных министерств и ведомств, возглавляет первый вице-премьер Дмитрий Медведев.

Одно из пленарных заседаний по традиции будет целиком посвящено обсуждению социального обеспечения в стране-хозяйке. Главной темой "российского дня" станет решение демографической проблемы. Накануне форума на вопросы "РГ" ответила статс-секретарь — замминистра здравоохранения и соцразвития Любовь Глебова.

Российская газета | Любовь Николаевна, почему столь солидный форум проводится в России?

У нас что — лучшая система социального обеспечения в мире?

Почему, тем не менее, демография была выбрана в качестве ключевой темы для "российского дня"?

Любовь Глебова | Собственно, не только Россия, но ни одна, даже самая богатая, страна не может заявлять о том, что у нее лучшая система социального обеспечения.

Хотя бы потому, что проблемы есть всегда, потому что потребности граждан растут, и зачастую опережающими темпами по сравнению с тем, как развивается сама система соцобеспечения. Задача власти в том и состоит, чтобы успевать "подгонять" эту систему под растущие потребности человека.

РГ | Россия больна "демографией". Но старение населения характерно и для Европы, и для России, и для Японии.

Глебова | В мире есть ровно противоположные демографические вызовы: в странах Африки, в Китае, наоборот, актуальна проблема перенаселения. Но для многих других стран старение, убывание населения — проблема номер один. Потому, собственно, что тема эта волнует не только российских специалистов, мы и решили "российский день" посвятить обсуждению устройства социального обеспечения в условиях демографических вызовов.

Главный доклад, который будет делать министр здравоохранения и соцразвития Михаил Зурабов, как раз и посвящен тому, что мы делаем для увеличения рождаемости, как стараемся снизить смертность именно в контексте того, что решаем задачу восполнения народонаселения нашей страны. И поскольку аналогичные задачи пытаются решить и многие другие страны, мы рассчитываем на то, что эта тема вызовет большой интерес. Но, конечно, не у всех участников, потому что тот же Китай, страны Африки совершенно не страдают тем, что им нужно восполнять народонаселение.

РГ | Знают ли в мире о наших последних инициативах — материнском капитале и прочих мерах, направленных на повышение рождаемости?

Глебова | Я много работаю в международных организациях, и когда рассказываю о материнском капитале, о том количестве пособий, которые мы вводим для поддержки материнства и детства, выясняется, что многие об этом даже не слышали. А узнав, воспринимают этот опыт как самые передовые технологии социального обеспечения, до которых многим странам еще очень и очень долго доходить и думать.

РГ | Что вы подразумеваете под термином "передовые технологии", в чем их смысл?

Глебова | Например, в том, что мы впервые, пожалуй, используем комплексный подход и решаем проблему, если так можно сказать, с разных сторон. Например, есть несколько видов пособий по стимулированию материнства. Поддержка молодых семей, поддержка беременной женщины, поддержка старо родящей женщины. То есть мы думаем, как стимулировать женщину к рождению на протяжении всего фертильного возраста. Об этом даже не слышали в других странах.

РГ | Старородящей? Но специалисты этим не очень красиво звучащим словом называют женщин, которые рожают в возрасте старше 28—30 лет. Разве для них предусмотрены какие-то особые меры?

Глебова | Термин, согласна, не очень симпатичный. Но дело в сути.

Поддержка рождения второго ребенка, введение материнского капитала — это в первую очередь, конечно же, надежда и расчет на тех, кого мы называем старо родящими.

Стимулировать рождение первого ребенка относительно легко: все нормальные семейные пары хотят его иметь, считают, что один ребенок хотя бы должен быть. А вот "заставить" — в кавычках, конечно, — женщину, семейную пару пойти на рождение второго и последующих детей — это очень сложная задача.

Поэтому мы и используем, как я уже сказала, комплексный подход, предлагаем массу "смежных" программ. Например, поддержка молодой семьи в приобретении жилья — это очень серьезная мера.

Нужно думать и об условиях труда женщины, о помощи семье в обеспечении местами в детских садах, о многих других аспектах. Все, что я перечислила, это не прожекты, а реальные программы, которые уже работают.

РГ | Специалисты говорят: чисто экономические меры способствуют увеличению рождаемости, но кардинально проблемы не решают. Важен менталитет, настроение, сложившееся в обществе. А у нас на многодетных родителей зачастую смотрят как на "ненормальных", которые не в состоянии реализовать себя в жизни иным способом — сделать карьеру, заработать много денег… Глебова | И над этим мы тоже работаем. Я не могу сказать, что США являются для меня образцом в том, как выстраивают свою социальную политику. Но посмотрите их фильмы — ленты для так называемого семейного просмотра: там, как правило, показаны семьи, в которых минимум трое детей, заботливые родители… Кстати, и в российском информационном поле тема семейных ценностей стала звучать в последнее время несколько иначе. Усилена тема значимости матери, семьи, детей. Даже в рекламных роликах показываются счастливые родители, ждущие или уже родившие второго, третьего ребенка.

РГ | Считает ли руководство министерства, что комплекса предложенных в этом году мер достаточно, или готовятся дальнейшие шаги? Ведь ученым хорошо известно: введение целенаправленных мер приводит к всплеску рождаемости, но проходит два, три, четыре года, народ привыкает, и всплеск этот постепенно сходит на нет.

Глебова | То, что делается сегодня, это начало. Пока мы, можно сказать, только привлекли внимание к этой теме, заставили не только специалистов, но и всех граждан узнать, понять, что нам грозит. Сейчас разрабатывается концепция демографической политики в РФ. Этот документ — перспективный, рассчитан на срок до 2025 года. В нем будут отражены дальнейшие шаги государства, правительства по решению демографической проблемы.

Подробнейшим образом прорабатываются и другие вещи: снижение смертности, в том числе смертности в работоспособном возрасте. В частности, отдельная программа направлена на снижение травматизма на дорогах.

Кроме того, у нас богатый региональный опыт. Интересные социальные программы предлагают не только благополучные регионы, например, Ханты-Мансийский АО, Самарская область, но и субъекты с куда более скромным наполнением бюджета — Курская область в частности. Такие программы есть сегодня в 31 регионе.

Задача, которая поставлена: к 2015 году выровнять рождаемость, чтобы баланс стал нулевым и мы перестали катиться вниз по числу ежегодно рождаемых детей. А к 2025 году — добиться положительного баланса между смертностью и рождаемостью, увеличить население нашей страны до 143—145 миллионов человек.

РГ | И все же, почему Россия принимает форум на этот раз?

Глебова | Наша страна вступила в МАСО в 1957 году. А в 1967 году, когда одна из генеральных ассамблей впервые проводилась в Советском Союзе, состоялось очень тесное знакомство с этой организацией.

То есть сорок лет назад система советского социального обеспечения уже была предъявлена миру как модель действия. Но сейчас, спустя сорок лет, многое кардинально поменялось и продолжает меняться и в России, и в других странах. Поэтому когда три года назад в Пекине на предыдущем форуме было объявлено о том, что следующая сессия Генеральной ассамблеи состоится в Москве, это решение было принято, безусловно, не случайно.

Есть ли что посмотреть в России по поводу системы соцобеспечения? Ответ, безусловно, есть. Мы можем проследить изменения, которые произошли в новой России, и проанализировать наш опыт, сравнив его с опытом других стран. То, что изменения у нас есть, и то, что напрямую нельзя сравнивать результаты 40-летней давности и сегодняшние, это очевидно. Система соцобеспечения не статична, она меняется, и по многим показателям (например, по поддержке материнства) она несравнимо лучше той, что была несколько лет или тем более десятилетий назад.

Другой вопрос, что так же динамично меняются и требования наших граждан к тому, насколько они чувствуют себя социально защищенными, их ожидания и претензии к государству.