Описываемое расстройство другие авторы (Р. Крафт- Эбинг, С. С. Корсаков) называли сновидным и отмечали, что психическое состояние здесь напоминает сонную грёзу. Сознание совершенно поглощено внутренними процессами. Оно сосредоточено на ограниченном круге представлений, возникающих путём внутреннего, самородного раздражения и сопровождающихся сильным душевным волнением и яркой, почти галлюцинаторной окраской. При столь сильной внутренней сосредоточенности восприятие внешнего мира прекращается или распространяется лишь на то, что стоит в связи с представлением больного, похожим на сновидение. И функции психомоторной сферы как бы застывают в направлении процесса представления.

Больной похож при этом на статую, мышцы его могут представлять временами восковую гибкость.

Тем не менее, онейроидное состояние не аналогично нормальному сновидению прежде всего потому, что при нормальном сновидении сознание «Я» остаётся неизменным. Каким бы фантастическим ни было содержание сновидения, мы не перестаём сознавать самих себя, остаёмся самими собой. При онейроиде, как уже указывалось, самосознание расстраивается глубоко на весь период болезненного состояния. В соответствии с этим, в отличие от нормального сновидения, при онейроидном состоянии почти постоянно возникают бредовое воздействие, отдельные явления психического автоматизма. При онейроиде драматические события развиваются с гораздо большей, чем при сновидении, последовательностью, контрастирующей с фантастичностью содержания. Далее: при онейроиде восприятие реального мира почти постоянно причудливо переплетается, включается в фантастические, драма

тически развивающиеся события. Правда, и во время нормального сна реальные восприятия, например, ощущение холода, когда спадает одеяло, может в известной мере видоизменить содержание сновидения. Но столь заметного переплетения реального и фантастического, как это бывает в онейроиде, в сновидениях не обнаруживается.

Глубокое онейроидное состояние сопровождается кататоническим расстройством: это или возбуждение, иногда даже с характером дурашливости, или чаще субсту- порозное состояние. Больные малоподвижны, подолгу не меняют позы; отмечается, как уже описывали вышеупомянутые авторы, восковая гибкость; выражение лица поглощено переживаниями; больные «загружены»: отрешены от реального мира, «зачарованны», схожи с сомнамбулами. Воспоминания о периоде онейроидного расстройства обычного довольно полные, довольно подробные, но касаются они лишь субъективных переживаний. Воспоминания же о реальных событиях того периода или фрагментарны, или вовсе отсутствуют.

Развитию собственно онейроида предшествуют другие состояния, возникающие с последовательной закономерностью. Первоначально появляются расстройства аффекта, которые, неуклонно нарастая в своей интенсивности, сопровождают всё развитие психического расстройства. Онейроиду всегда сопутствует патологический аффект. Аффект может быть двояким. У разбираемой же больной аффект был депрессивным: происходила мировая катастрофа, катастрофическое содержание онейроида постоянно сопровождалось депрессией. Депрессия была неотъемлемой частью онейроид- ных расстройств. Повышенный аффект обычно сопровождает события всеобщего счастья, грёзоподобного созидания, мега- ломанический бред величия.