В отделении спокоен, общается с окружающими больными мало. Охотно говорит с врачом, подробно рассказывает о своей болезни, жалуется, что трудно говорить, читать и писать, невозможно думать. Поясняет, что все слова распадаются, не может уловить их основной смысл, все мысли заняты только тем, чтобы соединить слово, что он устаёт от этих «соединений» и думать ни о чём не может. Говорит, что «голова часто пустая», нет никаких мыслей.

В больнице постоянно сомневается во всех своих поступках и сказанных словах, «проверяет себя», тревожат мысли и желание сделать что-либо плохое. Эти мысли и представления особенно усиливаются, когда приходит на свидание мать.

В больнице впервые появился страх острых предметов, старается не смотреть на них или убрать, чтобы они не попадались на глаза во время каких-либо занятий.

Рассказывает о беспокоящем его чувстве изменённости себя и окружающего. Сообщает, что время и пространство воспринимаются им обычно, а сам себе он кажется «как будто свалившимся

с другой планеты». Отмечает, что видит всё окружающее как бы впервые, не может понять его. Говорит, что у него возникает желание что-либо с собой сделать, например, выброситься из окна, или возникают мысли о мужеложстве; при этом он стыдится таких мыслей, испытывает неприятное чувство внутреннего протеста. Уверяет, что на самом деле он этого не хочет, это ему неприятно, но преодолеть эти мысли он не может. Боится, что окружающие догадываются об этом. Понимает нелепость этих мыслей, борется с ними, осознаёт, что всё это — болезненные явления. Сетует, что лечение ему не помогает, что он потерял надежду на выздоровление, что всё чаще у него появляется страх «сойти с ума» и попасть в «буйное отделение».

(Входит больной.)

—           Как еейчае еебя чуветвуете?

—           По-прежнему.

—           Улучшения нет?

—           Совершенно нет.

—           Что еамое главное в Вашем заболевании?

—           Такая странность, отчуждённость от всего.

—           Что значит «отчуждённоеть»?

—           Как будто я с какой-то другой планеты прилетел, и всё кажется странным, и люди кажутся странными существами.

—           Как будто впервые веё видите?

—           Именно. Поэтому ни к чему не могу привыкнуть, всё как будто в первый раз вижу.

—           Это отноеитея к обетановке, помещению?

—           Всё равно, одно и то же.

—           Общение е людьми теперь какое? Как прежде, непоередетвен- ное?

—           У меня теперь затруднения в общении с людьми из-за того, что кажутся новыми.

—           Себя Вы еознаёте?

—           Себя я тоже плохо сознаю.

—           Что значит «плохо»?

—           Нет мнения о самом себе.

—           А евоё «я» чуветвуете?

—           Нет, не чувствую. Какое-то смутное ощущение. Нет представления о себе как о личности.

—           Чуветва ееть у Вае?

—           Чувства есть.

—           Это Ваши чувства?

—           Мои как будто бы.

—           Сознания самого себя нет?

—           Представления о самом себе нет, потому что я сам себя считаю тоже таким странным существом, как и всех людей.

—           Чувственное восприятие природы сохранилосъ?

—           Кое-что сохранилось.

—           Давно у Вас всё это возникло?

—           Лет уже восемь.

—           Оно усиливается или ослабляется?

—           Нет, не ослабляется.

—           Вы к этому привыкнутъ не можете?

—           Никак не могу. Хотел приучить себя, сказать, что это так и должно быть, но ничего не получается, не могу освободиться.

—           Как протекают Ваши мысли?

—           Мне очень трудно думать, потому что у меня слова и речь кажутся странными, как будто я не на русском языке разговариваю, а на другом, слова перестали какие-либо образы вызывать — набор звуков сплошной, как будто немецкие слова, смысла не слышишь, само слово звучит непонятно.

—           Смысл слов естъ?

—           Смысла нет. Просто я знаю, что это слово должно означать одно, другое — другое. Потом слова ещё распадаются.

—           Что это такое?

—           Особенно такие слова, которые состоят из других слов. Например, слово «полежать» в смысле «лечь», а мне всё время кажется «поле жать», а «полежать» никак не выходит, никак не соединяются две части слова.