В то время несколько изменилась по характеру: стала мягче, тише, в присутствии малознакомых людей стеснялась, испытывала робость. Иногда ей это мешало, вызывало досаду. Не особенно любила вечера в школе, так как смущалась незнакомых мальчиков. Вместе с тем с родными и близкими знакомыми оставалась весёлой и откровенной. Настроение обычно оставалось ровным, была «оптимисткой», во всём видела преимущественно хорошие стороны, никогда не огорчалась из-за неприятностей. В старших классах увлекалась музыкой, живописью, часто посещала картинные галереи, ходила на концерты. Во время месячных, начиная с 16 — 17 лет, стали возникать периоды пониженного настроения, сопровождавшиеся слезливостью, раздражительностью, утомляемостью; эти состояния возникали, как правило, накануне наступления менструации и на второй-третий день её проходили.

В 17 лет закончила школу. Долго не могла выбрать институт, ходила на все «дни открытых дверей», наконец остановилась на радиотехническом факультете. В институте училась неровно. Мешала застенчивость; в группе было много мальчиков, которых она стеснялась. Настроение оставалось ровным, продолжала бывать на концертах, много читала. Когда больная училась на последних курсах института, у семьи возникли затруднения с получением квартиры. Больная много волновалась, хлопотала, ходила к юристу. Одновременно с этим произошёл разрыв с молодым человеком, в которого она была влюблена (он пытался изнасиловать её, и она очень тревожилась, волновалась, что потеряла девственность, в связи с чем обращалась к гинекологу). В течение одного-двух лет, пока продолжались все эти неприятности, настроение было несколько хуже, чем обычно, часто плакала, чувствовала себя усталой, была раздражительной, нервничала. Потом все неприятности кончились, настроение выровнялось и стало таким, как обычно. С того времени стала верить в приметы; хотя сознавала нелепость этого, однако портилось настроение, если, например, дорогу перебегала чёрная кошка, никогда не проходила между двумя столбами.

Вышла замуж. Отношения с мужем сложились хорошие, но жить в его семье не нравилось, поэтому стали жить у её матери, хотя там было очень тесно. Вскоре забеременела. Первую половину беременности переносила тяжело: ничего не могла есть из-за постоянной рвоты. К тому же дома часто ссорились, сёстры упрекали

её в необдуманном замужестве. Иногда отношения обострялись до такого состояния, что вынуждена была уходить ночевать к тётке. Часто плакала, но когда дома всё было более или менее гладко, настроение выравнивалось. На последних сроках беременности обнаружилось, что у больной отрицательный резус, читала по этому поводу литературу, очень волновалась за исход родов, плакала. Роды прошли благополучно. На следующий день дочку не принесли, так как исследовали у неё резус-фактор. Очень встревожилась, решила, что с дочкой плохо. Вскоре выяснилось, что в этом отношении всё благополучно, но тревога не проходила; постоянно находились какие-нибудь поводы для волнений: то казалось, что ребёнок недостаточно хорошо берёт грудь, то беспокоилась по поводу домашних дел. Много говорила по этому поводу с соседкой [по палате], делилась с ней своими тревогами. Стало казаться, что врачи на неё сочувственно смотрят, говорят о ней; считала, что у неё или у ребёнка плохо со здоровьем, поэтому её жалеют.