Значение этого симптома признается уже давно. В 1896 г. Аккерман в своей диссертации объявил его первым признаком перфорации: «прекращение брюшного дыхания с иммобилизацией диафрагмы, удерживаемой в положении усиленного выдоха». Он называет целый ряд авторов, которые пропагандировали этот признак (Руссель Стиль, Люк, Джоуэрс, Гельфорт, Вальтер, Томсон и др.).

Во Франции Дельбе отводит ему первое место. «Нужно уметь ставить диагноз перитонита еще тогда, когда нет ни метеоризма, ни рвоты, ни икоты, ни запора, ни резкого расхождения между пульсом и температурой. Для констатирования перитонита достаточно одного единственного признака неподвижности диафрагмы.

«Некоторые больные довольно смело начинают сильное движение диафрагмой, но внезапно останавливаются. Однако это явление не имеет никакого значения, так как любое болезненное поражение может вызвать такую внезапную остановку.

«При перитоните происходят только минимальные колебания в области подложечной впадины. Чаще же всего и они отсутствуют. Больной говорит, что «не может дышать живото м».

«Я всегда констатировал этот признак. Он наблюдается во всех случаях свободного перитонита.

«Это очень ранний признак. Он возникает еще до того, как полностью выявляется сокращение брюшной стенки, до того, как начинается расхождение между температурой и пульсом, до появления рвоты. Он говорит о вторжении инфекции в брюшину. Он отмечается во всех случаях свободного перитонита, но обнаруживается задолго до генерализации последнего. Этот признак служит призывом к оперативному вмешательству, и этот призыв всегда оказывается своевременным.

«Накануне ко мне поступила молодая девушка. Когда я подошел к ней, интерны сказали, что ее нет надобности осматривать, так как это абсолютно банальный случай и абсолютно доброкачественный аппендицит. Действительно, у девушки было розовое, свежее лицо. Температура равнялась 38,8е, пульс— 100. Ни один из общих признаков не внушал подозрений. Когда я обнажил ее, меня сразу поразила неподвижность живота. Я настойчиво попросил ее дышать животом, но она не могла.

«Других симптомов не оказалось. Все же я велел немедленно сделать операцию. Оперировал ее д-р Брешо и нашел диффузный перитонит, настолько разлитой, что объявил больную безнадежной. Однако она благополучно перенесла операцию и выздоровела».

Должен сказать, что рентгеновское исследование с целью обнаружения газа под диафрагмой при перфоративном перитоните не подтверждает постоянства этого признака. Иногда в начале перфоративной язвы оба полукупола диафрагмы справа и слева производят нормальные дыхательные экскурсий. Отсылаю читателя к главе о неотложной рентгенологии при перфоративных перитонитах.

Недавно Дженс (Ливерпуль), упрекая Флинта в пренебрежении к этому симптому, заявил, что изменение брюшного дыхания является чрезвычайно важным и очень ранним признаком диффузного выпота. «У нормальных индивидуумов во время дыхания вместе с грудной клеткой приподнимается и живот, исключая первые два или три дыхания, производимые по требованию. Если .живот при поднятии грудной клетки не двигается, то значит у больного перфорация и диффузное поражение брюшины». Дженс считает это более ранним признаком, чем ригидность: «немало человеческих жизней удалось спасти благодаря его установлению».