Ошибки происходят от того, что ожидается появление вздутия, тахикардии, лихорадки, рвоты и т. д., т. е. поздних и нехарактерных симптомов заболевания.

Мецгер в числе 45 случаев, собранных им в своей диссертации, приводит целый ряд красноречивых ошибок. Одних больных до 40-го часа лечили от печеночной колики, других до 21-го часа—от почечной колики, третьих до 19-го часа—от отравления устрицами, от пневмоторакса.

А вот пример диагноза, заслуживающего всяческой похвалы.

Адамс и Кассиди приводят историю больного, у которого были обнаружены симптомы табеса. Его исследовали каждый час. Ускользающий пульс, .мышечная ригидность и чувствительность при пальпации заставили оперировать больного, несмотря на его уверения, что он ничего не чувствует. У него оказалась перфорация двенадцатиперстной кишки. Г. Белей приводит аналогичный случай, когда у табетика имелась перфоративная язва двенадцатиперстной кишки.

Существует ли риск обратных ошибок? Могут ли симптомы носить такой интенсивный характер, чтобы заставить предположить перфорацию? Могут ли желудочные поражения дать синдром перфорации при ее отсутствии? В литературе описаны такого рода случаи.

У больного, который два года назад перенес гастроэнтеростомию и последние два месяца страдал болями и рвотами, Бонне однажды находит ригидное сокращение, рвоту, сильнейшую боль и напряжение, эластичность и чувствительность дугласова пространства. Он его оперирует, но обнаруживает не перфорацию, а стеноз устья ранее наложенного анастомоза.

Бриссе имел следующий случай: у больного был настолько острый синдром, что терапевт поставил диагноз прободения желчного пузыря, а хирург—пер- форативной язвы двенадцатиперстной кишки (однако температура была 39,9°). Его оперировали и нашли в брюшной полости большое количество жидкости и «отечную твердую белую, как слоновая кость», привратниковую часть желудка. На верхнем крае имелась неперфоративная язва, окруженная яркокрасной, воспаленной кокардой. Центр язвы был тверд и не обнаруживал преперфоратив- ных признаков. Это был острый флегмонозный гастрит, осложнившийся сначала перитонитом, а затем стрептококковой септикопиемией. Я наблюдал у себя в отделении острый флегмонозный гастрит без язвы.

Г. Белея вызвали к больному, 46 лет, у которого типичный гастрический анамнез, внезапная боль и «деревянный» живот заставили предположить перфорацию язвы. Ввиду спастического характера боли и иррадиации ее в руку Белей показал больного кардиологу, который ничего у него не нашел. Больного оперировали. Перфорации не оказалось, но была обнаружена большая язва с воспалением.

Уркизо наблюдал старого гастропата, который внезапно слег с пульсом 140, сильными болями и сокращением мышц. У него диагносцировали перфорацию, но он не захотел оперироваться. Через четыре часа состояние больного улучшилось. Через шесть месяцев повторились аналогичные явления и был поставлен такой же диагноз. Больной сначала согласился на операцию, затем отсрочил ее и, наконец, совсем отказался ее делать. Еще через шесть месяцев приступ повторился в сопровождении кровавой рвоты и кровавого стула. После этого наблюдения над больным прекратились. Всякий раз эти приступы псевдоперфорации прекращались под влиянием морфина.