Ненормальные случаи. В некоторых случаях сокращение вызывается не брюшными поражениями, а травматическими или воспалительными поражениями грудной полости. В 1907 г. Гильдебранд на основании четырех случаев, которые встретились ему в течение двух лет, настаивал на существовании брюшного сокращения при огнестрельных ранах грудной клетки. Другие авторы опубликовали случаи острой долевой пневмонии, сопровождавшейся болью и сокращением брюшных мышц, которые привели к бесполезному оперативному вмешательству. Всякое воспалительное и даже травматическое раздражение шести последних межреберных нервов может вызывать чувствительность в области брюшной стенки и в некоторых случаях привести к рефлекторному сокращению. Таким образом, типичное сокращение брюшной стенки иногда возникает без всякого поражения брюшной полости.

В противоположность этому были опубликованы случаи, когда сильные брюшные поражения вовсе не сопровождались сокращением. На эти случаи по очереди ссылается авторы, критикующие второе положение Гартмана: «отсутствие сокращения исключает всякую мысль о вмешательстве».

Ошибочные толкования. Другим печальным преувеличением значения этого симптома служит мнение об его обязательности при всяком остром брюшном синдроме. Нельзя требовать от мышечного сокращения более того, что оно может дать. Оно никогда не было признаком непроходимости кишечника или геморрагического панкреатита. Его сферой является перитонит. Самым лучшим для него условием служит перфоративный перитонит. При перитонитах, вследствие распространения воспалительного процесса или гематогенной инфекции, мышечное сокращение уже носит менее выраженный характер.

Оно не является также признаком скопления жидкости в брюшной полости. В противном случае его находили бы при всех внутренних кровотечениях и асцитах. Вместе с тем оно не сигнализирует о всякой опасности для брюшины, так как при перекручивании опухоли или внутренних органов оно бывает очень слабо выражено и нередко вовсе отсутствует.

В случаях кровоизлияния от разрыва трубы при внематочной беременности мышечное сокращение обычно отсутствует. Фиоль как об исключении сообщил хирургическому обществу о сокращении с правой стороны при перитонеальном выпоте вследствие перекручивания придатков матки, в чем, однако, усомнился Лесен. Последний усмотрел здесь опасность внушения мысли, что сокращение было признаком внутреннего кровотечения. Но существует и противоположная точка зрения. «Я считаю,—сказал один хирург,—что отсутствие сокращения стенки живота при очень обильном внутрибрюшном кровоизлиянии, независимо от его источника, представляет крайне серьезный признак, который наблюдается только в последней фазе заболевания, когда больной близок к смерти. Он несколько предшествует агонии». Эта фраза точно определяет ход сокращения при перитоните. Но она не приложима к внутренним кровоизлияниям и служит ярким примером того, какой строгий отчет нужно себе отдавать, говоря о признаках, которые слывут самыми общеизвестными. Пруст часто говорил о разнообразии этого синдрома и значении его оттенков. В главах о внематочной беременности и об ушибах живота я несколько детальнее останавливаюсь на нем. Его необходимо популяризовать, особенно среди терапевтов, хотя выступление Пруста среди хирургов я считаю не менее полезным. Значение этого общеизвестного признака должно быть правильно оценено.