Эти примеры показывают, как труден диагноз и как опасно так называемое «вооруженное выжидание»—эта бессмыслица, как вполне правильно отзывался об этом выражении Кеню. Нам нужны, следовательно, симптомы повреждения внутренних органов. Мы должны надеяться, что один симптом скажет нам, что поврежден кишечник, другой,—что вбрюшной полости кровоизлияние. Симптомы нам необходимы как можно более ранние, ротому что запоздание, потеря одной ночи фатальны для больного, и симптомы нужны категорические, повелительные, потому что приходится оперировать больного, состояние которого кажется мало благоприятным для хирургического вмешательства.

Если мы приглашены сейчас же после несчастного случая — будем осторожны: указаниям первоначальной клинической картины нельзя доверять.

Раненый бледен, испуган, растерян Лицо его и конечности покрыты холодным потом, глаза тусклы, взгляд безучастен, речь прерывиста, дыхание коротко, учащенно, поверхностно, пульс мал, нитевиден. Весь живот болезнен, больной не дает прикоснуться к нему. Несколько раз его вырывает, он легко впадает в обморочное состояние—в общем картина

очень тяжелая. Но не следует по этому первому впечатлению слишком поспешно заключить, что повреждения опасны.

Больной может быть только в шоке—без всякого повреждения внутренних органов. Шок может быть вызван безобидным наружным ушибом брюшных стенок. Это падение кровяного давления, тонуса всех жизненных явлений можег быть преходящим.

И для того, чтобы помочь раненому и разобраться в том, с чем мы имеем дело, мы должны всеми имеющимися в нашем распоряжении средствами стараться поскорее вывести его из этого состояния.

Больного надо осторожно уложить, согреть его постель, опустить голову вниз. Горячий физиологический солевой раствор, камфора, кофеин. Обеспечить больному покой, удалить из комнаты всех перепуганных, плачущих болтунов и без надобности усердствующих. Нам необходимо все наше напряженнейшее внимание, вся ясность мысли и большая авторитетность.

Я сказал выше, что интенсивность шока не является точным отражением интенсивности повреждений. Но не надо делать и обратной ошибки и считать себя спокойным з а больного, если вначале его состояние казалось удовлетворительным.

Не переставая бороться с шоком, врач должен стараться подробно осведомиться об условиях, при которых произошел несчастный случай. Эти сведения иногда настолько нолезны, что уже они одни могут продиктовать линию поведения.

«Я всегда больше основывался на данных опроса, чем на состоянии больного или на сопротивлении брюшных стенок. Я старался осведомиться как можно точнее о мощности удара, о положении больного в тот момент, когда произошло несчастье» [Сулигу (Souligoux)].

Есть два рода ушибов: ушибы, причиненные ударами, и ушибы, причиненные давлением.

При первых—травма—удар приходится по животу или живот наталкивается на ранящее его тело.

Удар пришелся по животу: удар оглоблей, дышлом, ногой, головой, копытом брыкающейся лошади, дном разрывного снаряда на излете. Тогда надо узнать, в каком положении был в этот момент раненый: стоял ли он или сидел, прислонившись к чему-нибудь, т. е. был ли он иммобилизован или же его отбросило, и он отлетел от удара. В первом случае ушиб, без сомнения, тяжелее, так как в таких случаях он сопряжен с максимумом травмы; во втором,—возможно, что он легче вследствие некоторого уклонения тела от удара.