Постепенно симптом сокращения завоевывает все большее и большее признание. Брьювер (Brewer, Америка, 1903), Эдерлен (Швейцария, 1906), Морисон, Адамс, Беттль (Battle, Англия) говорят о нем как о достовернейшем признаке желудочно-кишечной перфорации. В 1911 г. Лесен, не упускавший возможности подчеркнуть его огромное значение, приводит 46 случаев острого перитонита, из которых только в восьми этот симптом отсутствовал. Форбс Гаукес, говоря о тифозных перфорациях, отзывается о нем с энтузиазмом и объявляет его <С в е р х п р и з н а к о м» всех острых поражений брюшины. Пайр (Рауг, Германия) в вышедшей недавно работе называет сокращение брюшной стенки «признаком, заслуживающим наибольшего дове- р и я». Крогиус (Гельсингфорс) дал блестящий исторический очерк процесса его развития, очерк, который вышел после первого издания моей книги и в котором нашли подтверждение мои принципиальные установки.

Боль, сопутствующая перитониту, не имеет характерных признаков, которые позволили бы с уверенностью отличить ее отболи при других тяжелых брюшных поражениях. Это относится как к началу перитонита, так и к его развитию. Как в начале, так и в дальнейшем течении наблюдаются самые многочисленные разновидности боли. Перфорация почти всегда сопровождается жесточайшей болью1, особенно это относится к перфоративной язве, где начальную боль

можно сравнить по силе только с болью при геморрагическом панкреатите или кишечном инфаркте. Но некоторые перитонигы вследствие распространения инфекции и даж перфоративные перитониты возникают незаметно, без симптома «удара кинжалом» в живот. Ни интенсивность, ни первоначальная топография, ни способ распространения не позволяют с уверенностью отличить, например, боль при перитоните от боли при непроходимости кишечника. И ничто так мало не напоминает боли при перфоративной язве, как боль, сопутствующая некоторым прободениям у тифозных, раковых и других больных. Точно так же боль при перфоративном аппендиците нередко совершенно не походит на боль при других формах аппендицита. Сколько бывает ушибов с кишечными повреждениями, которые не сопровождаются никакой болью. В то же время очень трудно получить какие-либо сведения от самих больных. Для них обременительно малейшее напряжение, а усиливающаяся тяжесть страдания быстро заслоняет все первоначальные впечатления. Нередко простое сочувствие принуждает хирурга отказаться от вопросов, которые были бы для него очень полезны, но стоили бы усилий памяти умирающему больному. В связи с рассмотрением каждой из наиболее важных форм перитонита я подробно остановлюсь на характере боли. Однако в таблице отличительных признаков начала заболевания боль в животе, самопроизвольная и провоцированная, имеет право на особое место только при условии многочисленных оговорок. Последнее я выполню по мере изложения. Отныне я буду делать исключение только для ясно выраженной боли в области дугласова пространства, возникающей при ректальном исследовании.

Остается, правда, недавно изученная иррадиирующая боль, б о л ь в плече. Повидимому, она довольно специфична для перитонеальных выпотов, в частности, для выпотов, которые с самого начала сопровождаются раздражением диафрагмального нерва. На ней мы должны остановиться. Спешу заметить (мы еще вернемся к этому), что эта боль отмечалась также при выпотах вследствие внутреннего кровоизлияния. Но, повидимому, она чаще встречается при перитонитах.