При этом здоровая сторона, как и в норме, движется при вдыхании вниз, при выдыхании же она подымается вверх; движения больной стороны идут в обратном направлении.

Этот феномен объясняли параличом больной половины диаграммы. Однако как показали исследования Вельмана, произведенные в клинике, такого паралича не существует.

При вдыхании давление понижается и не может быть выражено устремлением воздуха в легкие. В результате появляется втягивание стежок и действительно, можно ясно видеть, что при вдыхании средостение на несколько сантиметров подается в больную сторону. Но так как средостение на широком пространстве сращено с сухожильем настолько значительно, что мускулатуры, точки

при возникновении отрицательного давления втягивается кверху.

Я не стал бы так подробно останавливаться на этих отношениях, если бы это не имело такого значения для дифференциального диагноза между этим состоянием и односторонним параличом диафрагмы. Поскольку можно констатировать на основании явлений, наступающих после повреждения n. phrenicus, односторонний паралич диафрагмы выражается в следующем. Если заставить больного делать вдыхательные движения при закрытом рте и носе, то парализованная половина диафрагмы втягивается высоко в полость грудной клетки, здоровая же половина опускается. Вместе с тем  значительное смещение средостения вместе в сторону. Это объясняется тем, что парализованная половина, по-видимому, настолько расслаблена, что ее поднятие полностью компенсируется понижением давления, и может опуститься книзу.  

Пневмоторакс редко приходится дифференцировать от других сходных с ним состояний. Иногда получается, что при исследовании больного находят несуществующее succusbio Hippocratis.

Это может быть тогда, когда врач не знает, что больной лежит на водяной подушке и плеск воды принимает за succussio. В других случаях за последнее принимался плеск, возникающий в желудке. Но, конечно, такая ошибка быстро выясняется при дальнейшем исследовании.

Трудным, а иногда и совершенно невозможным может быть дифференциальный диагноз в тех случаях, где происходит развитие газов в эмпиеме без ее прорыва. Тогда имеется настоящий пневмоторакс с тем лишь различием, что при этом воздух проникает в плевру не извне. Такие случаи были описаны Майей и Гергардтом.

Большие затруднения могут возникнуть также тогда, когда плевральное пространство разделено сращениями на несколько отделов, так что газ накапливается между сращениями, а вокруг них находится экссудат (Беймлер).

При следующих условиях можно получить поражающие данные. Если одновременно с пневмотораксом имеется связанный с ним абсцесс грудной стенки, то при давлении на месте абсцесса слышен звук, напоминающий илеоцекальное урчанье. При этом место абсцесса необязательно отмечено покраснением кожи.

Таким образом, если не был наложен искусственный пневмоторакс, этот феномен позволяет диагностировать пневмоторакс или фистулу легкого в области абсцесса грудной стенки. Феномен этот, по-видимому, встречается редко (статья Степпа и Кобета, посвященную этому вопросу).

Менее легко смешать с пневмотораксом субдиафрагмальные газовые абсцессы; при них или можно констатировать, что легочные границы над абсцессом вполне подвижны, или, если одновременно существует сопутствующий плеврит, обнаружить его присутствие. Кроме того, это обстоятельство быстро разъясняет рентгеновское исследование.