У одной 40-летней кухарки, у которой припадки продолжались часто без перерыва по 3 недели, субъективные ощущения через несколько дней настолько уменьшились, что она могла без затруднения исполнять свою работу, но затем постепенно развивались легкие явления недостаточности, которые в данном случае я рассматриваю как выражение утомления сердца.

Различны также и объективные данные. Иногда они очень незначительны, в других случаях заметна бурная деятельность сердца, появляется набухание шейных вен, больные становятся бледными, и можно перкуторно и рентгенологически доказать расширение сердца вправо, следовательно, дилатацию предсердия. Но в большинстве случаев ее не бывает. Гредель, исследовавший рентгенологически много тахикардий во время припадка, большей частью наблюдал даже уменьшение тени сердца, что он совершенно правильно объясняет недостаточным наполнением сердца во время короткой диастолы; в соответствии с этим стоят и признаки артериальной анемии, головокружение, бледность и малый пульс. Кровяное давление всегда понижено. Но по Левину и Боссу диастолическое давление повышается, так что разница между систолическим и диастолическим давлением, давление пульса может быть очень небольшим (до 8 мм). Обыкновенно учащенный пульс мал и мягок, но Крафт встречал случаи и с напряженным пульсом. Нередки явления острой недостаточности в виде болезненного набухания печени или даже отеков. После припадка эти явления большей частью тотчас же исчезают, так что именно тахикардия может служить доказательством того, что расстройства ритма в состоянии первично вызвать недостаточность сердца, а не являются только ее следствием.

У одной 11-летней девочки я наблюдал артериальную эмболию ног с исходом в гангрену (тромб в виде всадника в месте бифуркации—art. iliaca). У ребенка однажды уже был приступ тахикардии, и, кроме того, на электрокардиограмме было видно, что тахикардия не является следствием эмболии (искажение зубца, обращенного вниз).

Венкебах полагает, что явления недостаточности, и в особенности сильное наполнение шейных вен, являются следствием заторможения деятельности предсердий от чересчур учащенной деятельности сердца, и думает, что критическая частота находится приблизительно на 180 сокращениях в минуту. Во всяком случае, из высокого систолического венозного пульса нельзя выводить заключения о недостаточности трехстворчатого клапана. Нередко учащенный пульс имеет все признаки настоящего alternans, следовательно, меньшая волна по времени стоит

ближе к последующему, чем к предшествующему удару. В вышеописанном случае в начале припадка между более сильными волнами как бы вдвигались очень малые; постепенно они становились больше, пока весь пульс не делался одинаковым. Но это наблюдение не согласуется ни с предположением о быстром.

Замечательны, наконец, явления со стороны секреции мочи. В течение припадка большей частью отделяется только скудная и концентрированная моча, напротив, после его окончания — большие количества жидкой мочи. Это можно объяснить прекращением явлений недостаточности, но с другой стороны, надо иметь в виду и возможность urina spastica.